Категория определенности неопределенности в русской грамматике. Лингвистический энциклопедический словарь. Смотреть что такое "Определённости - неопределённости категория" в других словарях

артикль английский нулевой определенность

Поскольку артикль является основным средством выражения категории определенности / неопределенности, остановимся подробнее на его свойствах. Для того чтобы разобраться в семантической структуре и особенностях употребления английских артиклей, прежде всего, рассмотрим их этимологию.

Оформление как определенного, так и неопределенного артиклей происходит в 12-15 вв. (среднеанглийский период истории английского языка). К концу среднеанглийского периода указательные местоимения представлены в формах that - tho / those и thet - thes / thise. Они выступают в двух функциях, а именно как местоимения, в функции которых они еще сохраняют еще некоторое время падежные окончания, и как определенный артикль, который утрачивает и падежные окончания, и различие между единственным и множественным числом и становится самостоятельной (служебной) частью речи.

Неопределенный артикль развивается из древнеанглийского числительного вn «один». Редукцию фонетического состава артикля обусловила его безударная позиция перед существительными: вn >an>an, a [?n, ?]. Числительное же подверглось иным изменениям: вn >фn>ыn>un>. Произношение и написание обоих слов стали различными (a, an и one). Арсеньева М.Г., Балашова С.П., Берков В.П., Соловьева Л.Н. Введение в германскую филологию. - М.: «ГИС», 1998. - с.100-101

Происхождение неопределенного артикля от числительного «один» и объясняет тот факт, что данный артикль употребляется, как правило, с существительными, обозначающими исчисляемые предметы. Неопределенный артикль отсутствует во множественном числе также в силу остаточного значения «один».

Кроме того, в определенном контексте неопределенный артикль может иметь оттенок числового значения, отражающий происхождение данного артикля:

He didn "t say a word. / Он не сказал ни слова (ни одного слова).

Такое же значение имеет неопределенный артикль предшествующий существительному, обозначающему время, меру, расстояние, число:

For a day or two / на один - два дня, 77 kilometers a second / 77 километров в секунду. Беляева М.А. Грамматика английского языка. - 5-е изд., перераб. - М.: ВШ, 1971 - с. 27

М.Я. Блох, применяя метод подстановки, указывает на то, что определенный артикль может быть заменен указательным местоимением без существенных изменений смысла высказывания:

Look at the apple-tree! > Look at this apple tree! - Взгляни на эту яблоню!

Единственным различием служит то, что местоимение выражает понятие определенности более эксплицитно, нежели артикль.

В то же время на данном примере демонстрируется невозможность замены определенного артикля неопределенным, и наоборот, а также необоснованного опущения артикля, без нарушения грамматических норм: (Look at an apple-tree! Look at apple-tree!).

Что касается неопределенного артикля, применением метода подстановки было продемонстрировано то, что возможна замена артикля a / an на такие лексические единицы, как a certain, a kind of, a sort of и др., без существенного изменения общей коннотации высказывания:

We passed a windmill. > We passed a certain windmill. Блох М.Я. Теоретическая грамматика английского языка. -3-е изд., испр. - М.: ВШ, 2000. - с. 74-75

Как утверждает А.А. Реформатский, различение грамматической категории определенности и неопределенности является одной из основных функций артикля (это касается тех языков, в которых есть парные артикли the - an в английском, der - ein, die - eine, das - ein в немецком и т.п.). «Категория, сопровождающаяся определенным артиклем… выражает грамматически то, что уже известно собеседникам, либо то, что у собеседников во время разговора перед глазами, либо нечто особо индивидуально выделяемое; категория же, сопровождающаяся неопределенным артиклем, наоборот, показывает грамматически, что речь идет о том, что не окрашено индивидуальным, что берется в обобщенном плане и чего нет перед глазами во время данного разговора», - пишет А.А. Реформатский. Реформатский А.А. Введение в языковедение/Под ред. В.А. Виноградова. - М.: Аспект Пресс, 2000. - с. 316 Так, очевидна разница между двумя предложениями: Give me a newspaper, please! и Give me the newspaper, please! - в первом случае говорящий просит дать ему любую газету, а во втором - определенную. Таким образом, использование определенного артикля позволяет представить объект как уникальный в данной ситуации общения. Резник Р.В. Практическая грамматика английского языка. М.: Флинта: Наука, 1998. - с. 49

Бороздых А.П.

Средства выражения определенности/неопределенности в английском языке

В английском языке категория определённости/неопределённости является открытой и выражается регулярно с помощью выбора определённого или неопределённого артикля. Можно рассматривать наличие артикля и, соответственно, наличие открытой категории определённости в языке как свидетельство того, что представление об определённости является важным элементом картины мира для носителей данного языка.

ФСП определённости/неопределённости английского языка является сильно центрированным полем с целостным морфологическим ядром, выраженным артиклевой формой имени. Артикль (от лат. Articulus “соединительный элемент”) - условное название показателя детерминации, одной из наиболее сложных и своеобразных грамматических категорий существительного. Существуют два основных типа систем выражения детерминации (или “артиклевых систем”) в языках мира. В первом типе ведущую роль играет противопоставление так называемого референтного и нереферентного статуса имени, во втором типе – противопоставление так называемого определённого и неопределённого статуса. Первый тип свойственен тюркским, иранским, африканским и другим языкам. Но нас интересует второй тип системы выражения детерминации, который более распространён в европейских языках. Эта система основана на противопоставлении значений определённости и неопределённости. Само это противопоставление, однако, возможно для референтных существительных; оно сводится к тому, считает ли говорящий данный объект известным или неизвестным адресату. Соответственно, показатель определённости при существительном “X” имеет приблизительно следующее значение: “X, и я думаю, что ты в состоянии определить, какой именно из называемых так объектов я имею в виду":

The photograph was taken on the last day of our fatal summer and

just a few minutes before we made our second and final attempt to thwart fate.

Фотография была снята в последний день нашего рокового лета,

Всего за несколько минут до нашей второй и последней попытки

Обмануть судьбу.

И его перевода на русский язык)

Показатель неопределённости – “X, и я думаю, что тебе неизвестно, какой из называемых так объектов я имею в виду”:

A short slim girl passed me at a rapid, high-heele tripping step.

Тоненькая девушка небольшого роста прошла мимо меня

Скорым тропотком на высоких каблучках.

Как видим, именно эти значения чаще всего выражаются с помощью служебных слов, называемых “определённым” и “неопределённым” артиклями.

Нереферентный статус существительного в таких системах, естественно, тоже обозначается, однако не специальным показателем, а отсутствием артикля (так называемый “нулевой” артикль):

She wrote poetry.

Она писала стихи.

Итак, определённость/неопределённость в английском языке представляют собой поле, в центре которого находятся определённый и неопределённый артикли, обладающие максимальной функциональной нагрузкой и являющиеся наиболее специализированными и часто употребляемыми средствами выражения определённости/неопределённости. Все остальные средства относятся к периферии данного поля. Среди них отмечаются следующие:

местоимения с собственно значениями неопределённости one, (a) certain, some, any,

Much, many, few, a few, little, a little, several:

A little money that had come my way after my father death, in addition …

Небольшое имущество, доставшееся мне после кончины отца – в придачу…

предетерминативы, сочетающиеся только с неопределённостью such (a), many (a), (a) most:

In a word, before such an Amazing Offer, before such an vastness and

Variety of vistas, I was as helpless Adam at the preview of early oriental history.

Словом, перед этакой сенсационной офертой, перед столь широкими

И разнообразными перспективами, я был податлив как Адам перед…

К дальнейшей периферии можно отнести такие средства выражения неопределённости как:

1)субституты one, something, anything, nothing и др.

I cannot say he behaved insolently or anything like that.

Не то, чтобы он вёл себя нагло, или что-нибудь в этом роде.

2) местоимённые сочетания some, any, many, none+other (а так же с предлогом of )

They were misshapen, bare-necked, very swarthy and of them wore dark glasses.

Были они какого-то кривого сложения, с голыми шеями, чернявые;

один из них был в тёмных очках.

В английском языке определённый и неопределённый артикль может также употребляться с именами собственными (ИС). Группа исследователей считает, что артикли сигнализируют о превращении ИС в имена нарицательные, другие говорят о том, что употребление артиклей связано с наличием описательных и лимитирующих определений, необходимостью выделить фразу, аспект, состояние объекта.

В случае первичной номинации неопределённый артикль показывает, что имя представлено как не обладающее экстралингвистическим фоном:

An advertisement in a lewd magazine landed me, one brave day,

In the office of a Mlle Edith .

По объявлению в непристойном журнальчике я очутился в

Один предприимчивый день в конторе некоей Mlle Edith.

Сочетание определённого артикля с ИС имеет свою специфику: актуализируется фон, содержащий положительную или отрицательную оценочность:

Despite my natural vigor, I am no pugilist, while the short but broad-shouldered

Maximovich seemed made of pig iron.

Не смотря на природную мою силу, я вовсе не боксёр, меж тем как

низкорослый, но широкоплечий Максимович казался вылитым из чугуна.

В целом, определённый артикль указывает на устойчивые, ситуативные характеристики человека, которые благодаря их стабильности можно рассматривать как известные адресату.

Литература

Кашкин Б.В . Текстовые функции неопределенного артикля// Вестник СпбГУ, серия 2, 1997, №1
В. Набоков “Лолита”, изд. ”Фолио”, М., 2001
V. Nabokov “The Annotated Lolita”, England, Penguin books
Теория функциональной грамматики: Введение. Аспектуальность. Временная локализованность. Таксис. (отв. ред. А.В. Бондарко) Л.: “Наука”, 1987
Штелинг Д.А. Английский артикль и его роль в грамматике текста// ИявШ, 1978, №6

ГЛАВА I. Способы выражения определснности-нсопрсделенности в русском языке

§1. Выражение определенности-неопределенности в старославянском языке

1.1. Грамматические способы выражения определенности-неопределенности в старославянском языке а. Связь категории числа и выражения значения определенности-неопределенности б. Глагольная основа как способ выражения определенности-неопределенности в. Категория вида глагола при выражении определенности-неопределенности

1.2. Морфологические способы выражения определенности-неопределенности а. Краткие и полные формы прилагательных как морфологический способ выражения определенности-неопределенности б. Относительные прилагательные принадлежности

1.3. Лексические способы выражения значения определенности-неопределенности а. Указательные местоимения как средство выражения определенности-неопределенности б. Притяжательные прилагательные

1.4. Синтаксический способ выражения определенности-неопределенности -определенное подлежащее в древнерусском предложении

§2. Способы выражения определенности-неопределенности в современном русском языке

2.1. Специфика выражения определенности-неопределенности в современном русском языке

2.2.1. Функция актуализации а. Актуальное членение предложения б. Порядок слов в. Контекст г. Нарративность д. Интонация 37 Фразовое ударение

2.2.2. Функция детерминации

I. Лексические способы выражения значения определенности-неопределенности а. Местоимения б. Дейксис в. Анафоричность г. Сочетания с частицами д. Словосочетания с числительными как средство выражения определенности-неопределенности е. Лексико-семантическое ядро категории определенности-неопределенности ж. Фразеологические сочетания при выражении неопределенности

II. Морфологические способы выражения функции детерминации а. Формы родительного и винительного падежей при выражении определенности-неопределенности б. Артиклевые функции полных и кратких форм прилагательных

III. Грамматические способы выражения функции детерминации а. Категория числа при выражении определенности-неопределенности б. Категория вида глагола при выражении определенности-неопределенности в. Вариативное управление глаголов при выражении значения определенности-неопределенности г. Модальность

IV. Синтаксические способы выражения определенности-неопределенности а. Конструкции «слово на -о + местоименное слово» как синтаксический способ выражении значения неопределенности б. Неопределенно-личные и безличные предложения как синтаксический способ выражения неопределенности

V. Позиция детерминативов при выражении определенности-неопределенности

§ 3. Указательные местоимения, как основное средство выражении функции детерминации в русском языке

3.1. Указательные местоимения старославянского языка сь, си, се

3.2.1. Указательные местоимения старославянского языка тъ, та, то

3.2.2. Указательные местоимения тот, та, то в современном русском языке

3.2.3. Указательные местоимения этот, эта, это в современном русском языке

3.3. Указательные местоимения старославянского языка онъ, она, оно, оный

3.4. Указательные местоимения старославянского языка и, я, е

3.5. Указательное местоимение такой.

§4. Притяжательные местоимения

§5. Эмоционально-оценочные местоимения

§6. Неопределенные местоимения и наречия

6.1. Неопределенные местоимения старославянского языка

6.2. Неопределенные местоимения современного русского языка

6.3. Неопределенное местоимение один 105 Выводы по главе I

ГЛАВА II. Функции и способы выражения категории определенности-неопрсделенности во французском языке

§ 1. Детерминация во французском языке

1.1. История детерминации имени

1.2. Детерминация в современном французском языке

§2. Артикли

2.1. История возникновения и развития определенного и неопределенного артиклей

2.2. Функции определенного и неопределенного артиклей в современном французском языке

Л. Качественная детерминация

Б. Количественная детерминация (целостность/частичность)

§3. Притяжательные местоимения и детерминативы (посессивы)

3.1. История развития притяжательных местоимений и детерминативов посессивов)

3.2. Притяжательные детерминативы (иосессивы) современного французского языка

3.3. Притяжательные местоимения современного французского языка

§4. Указательные местоимения и детерминативы

4.1. История развития указательных местоимении и детерминативов

4.2. Указательные детерминативы (демонстративы) в современном французском языке

4.3. Указательные местоимения в современном французском языке

§5. Вопросительно-восклицательный детерминатив quel

§6. Неопределенные местоимения и детерминативы как средства выражения категории неопределенности

6.1. История развития неопределенных местоимений и детерминативов

6.2. Неопределенные детерминативы в современном французском языке

6.3. Неопределенные местоимения в современном французском языке 162 Выводы по главе II 166 ЗАКЛЮЧЕНИЕ 168 БИБЛИОГРАФИЯ

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Определенность-неопределенность в русском и французском языках: значения, функции и способы выражения»

1) грамматическая;

2) текстологическая (контекстуальная - Алехина 1974; Папенкова 1973);

3) функционально-семантическая (Бондарко 1973; Вороновская 1989; Поспелов 1970).

Определенность-неопределенность в русском языке, как и в любом другом (артиклевом или безартиклевом), «отражает учет говорящим информированности слушающего о предмете, названном именем существительным, из чего следует, что семантическая категория определенности-неопределенности - это результат оценки говорящим коммуникативной ситуации» (Гладров 1992, 240).

С.А.Крылов называет категорию определенности-неопределенности понятийной категорией детерминации и считает, что она имплицитно выражается «почти всеми основными грамматическими механизмами современного русского языка» (Крылов 1984, 124). Эта категория в современном русском языке является «скрытой» и выражается целым комплексом взаимодействующих средств, принадлежащих разным языковым ярусам и функционирующих в тесной взаимосвязи друг с другом.

При анализе категории определенности-неопределенности в русском языке многие лингвисты видят специфику в отсутствии артиклей, которые во многих языках считаются специальными средствами выражения значений определенности-неопределенности. В то же время сложилась определенная система языковых и неязыковых (например, мимика, жест) средств выражения значения определенности-неопределенности.

Непосредственным предметом исследования диссертации являются значения, функции и способы выражения определенности-неопределенности в разносистемных языках, таких как безартиклевый русский и артиклевый французский языки. Возможность такого сопоставления вытекает из способности разных языков адекватно передавать одну и ту же мысль, используя своеобразные средства языка.

Основное внимание в работе уделяется рассмотрению способа передачи указательности, который в русском языке в основном представлен указательными местоимениями, а во французском - артиклями, детерминативами и местоимениями.

Актуальность работы определяется необходимостью исследования в сопоставительном плане способов выражения категории определенности-неопределенности, которая в аналитическом французском языке выражается прежде всего грамматически, а в синтетическом русском языке -синтетическими способами, выявлению которых посвящено данное исследование. Необходимость исследования обусловлена тем, что вопрос о существовании категории определенности-неопределенности и ее статусе в русском языке является спорным и открытым. В данной работе рассматриваются всевозможные способы выражения определенности-неопределенности в русском языке в сопоставлении с французским, основываясь на которых, можно говорить о том, что данная категория существует в русском языке и является функционально-семантической.

Цель н задачи исследования - выявить и показать значения, функции и способы выражения определенности-неопределенности в разносистемных языках и установить типологическое сходство и различие данных языков. Достижение этой цели предполагает решение ряда конкретных задач:

1. проанализировать значения и функции категории определенности-неопределенности в русском языке;

2. выявить способы выражения определенности-неопределенности в старославянском и современном русском языках;

3. дать краткий обзор детерминации имени во французском языке;

4. проанализировать способы выражения категории определенности-неопределенности в старофранцузском и современном французском языках.

5. сопоставить способы выражения определенности-неопределенности в безартиклевом и артиклевом языках и установить типологическое сходство и различие данных языков.

Научная новизна исследования определяется тем, что в нем впервые проведен сопоставительный анализ функций и способов выражения определенности-неопределенности в русском и французском языках.

Осуществление намеченной программы исследования позволит значительно продвинуться в понимании типологической специфики определенности-неопределенности в русском языке и внести ощутимый вклад в общую теорию данного вопроса, что является теоретической значимостью исследования.

Практическая ценность исследования заключается в том, что результаты работы имеют непосредственный выход в преподавание русского и французского языков как иностранных и могут использоваться для разработки спецкурсов и учебных пособий. Более того, материалы и выводы, предлагаемые в работе, могут быть использованы при дальнейшем изучении вопросов, связанных с проблемами выражения определенности-неопределенности в разносистемных языках.

Понятия определенности и неопределенности, применяемые для анализа широкого круга разнообразных явлений объективной действительности и мышления, претендуют на роль общенаучных и философских категорий. Общенаучная категория предполагает существование в ней некоторого содержательного инварианта. «Инвариантом общенаучной категории является логико-гносеологическая основа ее содержания, т.е. результат абстрагирования от всех ее конкретных воплощений» (Готт 1984, 10).

В логическом аспекте соотношение определенности-неопределенности обусловливает процесс познания; в собственно лингвистическом плане определенность-неопределенность охватывает разные структурные части языка, а в артиклевых языках выступает типологическим признаком (Маловицкии 1995,7).

Для того чтобы выявить способы выражения определенности-неопределенности, необходимо обратиться к функциям категории определенности-неопределенности. Итак, данной категории присущи функции актуализации и детерминизации имени, демонстрации его единственности в описываемой ситуации (определенность), либо выражения его отношения к классу подобных ему феноменов (неопределенность) (ЛЭС 1990, 349).

Значение определенности-неопределенности присуще всем языкам. В рассматриваемом артиклевом французском языке категория определенности-неопределенности является грамматической. Основным показателем данной категории является артикль. В артиклевых языках наиболее распространена троичная система - определенный артикль - неопределенный артикль - нулевой артикль. Вследствие этого, при разработке частных теорий определенности на том или ином языковом материале основное внимание уделяется именно артиклю, а также установлению характера связи, существующей между категориями определенности-неопределенности и системой артиклей данного языка, и той роли, которую играют эти категории в функционировании конкретной языковой системы в целом.

Французские лингвисты стремились объяснить общее функционирование артикля в рамках противопоставления языка и речи. Ш. Балл и подчеркнул роль артикля как актуализатора существительного, благодаря которому виртуальное понятие переводится в актуальное в речи.

Ф. де Соссюр впервые разработал отношение языка и речи. Он указывал, что речевая деятельность представляет собой целое, состоящее из двух компонентов - языка и речи. Его уравнение выглядит так: Langage = langue + parole «Речевая деятельность = язык + речь».

Согласно Г. Гийому, в «языке» существительное виртуально, «en puissance», - оно не выражает ни общего, ни частного. Введенное в речь, оно получает определенный «объем» - может обозначать общее понятие или понятие индивидуализированное. Артикль понятия не обозначает, он показывает, как понятие воспринимается субъектом, какой имеет в его представлении объем (Гийом 1919).

В сферу категории определенности-неопределенности включаются не только формальные показатели - артикли, но и языковые единицы, характеризуемые И.И. Ревзиным как «коммуникативные», - местоимения, прилагательные, описательные конструкции, особого типа придаточные предложения, просодические средства (Николаева 1979, 4).

Наряду с неопределенными местоимениями, в неопределенно-личных предложениях французского языка в качестве формы, передающей неопределенность субъекта, функционирует универсальный показатель лица on.

Так как понятие определенности-неопределенности не имеет однозначного определения в литературе, наиболее распространенными являются теории, в которых определенной считается именная группа (далее ИГ) с определенным артиклем, а неопределенной - ИГ с неопределенным артиклем или с любой другой лексемой, выражающей неопределенность. Когда речь шла о выражении этой категории в безартиклевых языках, обычная процедура при определении характера ИГ с точки зрения ее определенности-неопределенности была следующая. В том случае, если ИГ переводится на артиклевый язык с помощью определенного артикля - ИГ является определенной, а если ИГ переводится на артиклевый язык с помощью неопределенного артикля или любой другой лексемы, выражающей неопределенный характер ИГ, - ИГ является неопределенной. Но подобное рассмотрение этого вопроса слишком его упрощает, при этом упускается множество факторов, которые необходимо учитывать, рассматривая данную проблему (Керо Хервилья 2001).

Таким образом, очевидно, что проблема функционирования категории определенности-неопределенности не может быть сведена к проблеме выбора определенного или неопределенного артикля. «Артикль - это только одно из средств, выражающих некоторую широкую категорию. Если мы будем рассматривать только артикли, мы сможем исследовать только часть этой проблемы» (Кгашзку 1972, 9). Еще в 1940г. Л.В. Щерба отмечал, что в русском языке выделяются аспекты имени существительного, отвечающие главнейшим функциям французских артиклей: «Когда я говорю философ, то это может значить «какой-нибудь философ» {хотелось бы напечатать статью и философа.), или «всякий философ» (<философ привык ценить форму.), или «данный философ» {философ подошел к собеседнику.) (Щерба 1974, 278).

Вследствие того, что не все языки располагают такими специализированными средствами выражения определенности-неопределенности, какими являются артикли, функцию выразителей определенности-неопределенности принимают на себя единицы, для которых эта функция является вторичной, сопутствующей их основной функции. Именно так обстоит дело в современном русском языке.

Ввиду отсутствия грамматического маркера в безартиклевом русском языке, средствами выражения значений определенности-неопределенности являются единицы разных уровней языка. Так, к лексическим способам выражения определенности-неопределенности будем относить: словосочетания с указательными и неопределенными местоимениями, неопределенными наречиями, частицами, количественными и порядковыми числительными; дейктичность; анафоричность; притяжательные местоимения; существительные с лексико-семантическим ядром «определенность» и «неопределенность»; фразеологические сочетания, как средство выражения неопределенности. К грамматическим способам относятся: модальность; категория вида глагола; категория числа. К морфологическим: оппозиция винительного и родительного падежей; артиклевые функции полных и кратких форм прилагательных. К синтаксическим способам относятся: интонация; фразовое ударение; порядок слов; актуальное членение предложения; контекст; нарративность; неопределенно-личные и безличные предложения; конструкции «слово на -о + местоименное слово».

Однако, как показывают наблюдения М.И. Алехиной, М.И. Седельникова, показатели определенности-неопределенности, относящиеся к разным ярусам языка, обладают неодинаковой силой. М.И. Алехина писала в частности: «Порядок слов и логическое ударение являются более слабыми средствами выражения категории определенности-неопределенности предмета, нежели лексико-синтаксические и лексические средства. Нередко вступая в противоречие со значениями определенности-неопределенности предмета, вытекающими из контекста, они оказываются нерелевантными для выражения этих значений» (Алехина 1975, 25). М.И. Седельников полагает, что это наблюдение можно расширить, отметив, что неодинаковой силой могут обладать и средства, относящиеся к одному и тому же ярусу языка, например, лексическому (Седельников 1990, 60). Так, указательные местоимения являются более сильным выразителем определенности, чем частицы или числительные.

Таким образом, »материалом исследования являются единицы разных языковых уровней русского языка, а также артикли, детерминативы и местоимения французского языка.

О.Б. Акимова отмечает, что категория определенности-неопределенности в русском языке не имеет морфологического ядра для выражения инвариантного значения. В русском языке речь может идти только о лексическом и лексико-семантическом ядре (Акимова 1991,71). Таким образом, ядром категории определенности являются местоименные слова с определенным и указательным значением (указательные, относительные, притяжательные местоимения), а ядром категории неопределенности - слова с неопределенным значением (неопределенные местоимения и наречия, числительное «один» в значении «некий, некоторый»).

По мнению У. Чейфа, категория определенности-неопределенности стоит в одном ряду с некоторыми другими категориями, которые «относятся скорее к способу передачи содержания, чем к самому содержанию. В частности, все они связаны с тем, как говорящий оценивает способность слушающего понять то, что говорится, на основании определенного контекста» (Чейф 1982, 278).

Суть оппозиции «определенность-неопределенность» состоит в том, что, выражая значение определенности, отправитель сообщения предполагает (или делает вид, что предполагает), что адресат речи способен идентифицировать референт данного языкового выражения с некоторым референтом, который благодаря предшествующему тексту, ситуации общения или общему фонду знаний уже имеется в его сознании.

Значение неопределенности, напротив, показывает, что отправитель не рассчитывает на подобную идентификацию и информирует адресата лишь о том, к какому классу относится обозначаемый объект (Чейф 1982, 276).

Учитывая это, коммуникативный взгляд на определенность-неопределенность и, соответственно, на роль артиклей как формальных показателей указанных значений, Т.М. Чирко формулирует следующее: «определенный артикль - сигнал для адресата, что имеется в виду один или несколько конкретных объектов, которые адресат, по мнению автора, способен и должен идентифицировать; неопределенный артикль - сигнал для адресата, что имеется в виду один или несколько произвольных или конкретных объектов, которые адресат, по мнению автора, не способен идентифицировать»

Чирко 1991,99).

Сказанное свидетельствует о том, что рассматриваемая категория, независимо от способов её выражения, должна существовать во всех языках. В самом деле, ее отсутствие было бы равносильно неспособности людей устанавливать связи между каждым из воспринимаемых высказываний и имеющимся в их сознании отражением действительности, т.е. неспособности понимать смысл этих высказываний.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Существование функционально-семантической категории определенности-неопределенности в русском языке.

2. Выражение определенности-неопределенности элементами разных уровней русского языка (лексика, синтаксис, грамматика, морфология) в отличие от французского языка, использующего для выражения определенности-неопределенности грамматический, а также лексические и синтаксические способы.

3. Совпадение функций категории определенности-неопределенности в русском и французском языках и различие в способах выражения данной категории.

4. Эквивалентность в большинстве случаев указательных и неопределенных местоимений русского языка определенному и неопределенному артиклям во французском языке.

5. Наличие типологического сходства и различия систем демонстративов французского и русского языков.

6. Существование типологического сходства и различия русского и французского языков, начиная с древних периодов развития рассматриваемых языков.

Заключение диссертации по теме «Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание», Маштакова, Марина Вячеславовна

ВЫВОДЫ ПО ГЛАВЕ II

Как показало исследование, во французском языке имя существительное получает детерминацию в тексте при помощи артиклей, детерминативов и местоимений. В отличие от старославянского и современного русского языка, французский язык с самого начала характеризуется наличием грамматического показателя категории определенности-неопределенности - артиклями, которые развились из самостоятельных частей речи латинского языка - указательного местоимения Ше - определенный артикль le и порядкового числительного tutus - неопределенный артикль un.

Артикли современного французского языка выражают качественную (выполняют индивидуализирующую и генерализующую функцию) и количественную детерминацию.

Определенность» и «неопределенность» находят свое выражение только в связном тексте. Определенный артикль le показывает объект, как единственно возможный в данной ситуации, а неопределенный артикль un - как принадлежащий к классу аналогичных явлений (один из них). Основное противопоставление определенности-неопределенности имеет ряд дополнительных аспектов. Определенный артикль идентифицирует объект, а неопределенный его классифицирует, указывает на его родовую принадлежность. Оба артикля выполняют выделительную функцию. Определенный артикль выделяет предмет как известный, единственный в своем роде, а неопределенный артикль выделяет как нечто новое признаки объекта.

Ввиду близости значений определенности и притяжательности, притяжательные детерминативы во французском языке выполняют роль, близкую к роли определенного артикля.

Категория определенности во французском языке также выражается посредством указательных детерминативов и местоимений. В отличие от артикля, демонстратив идентифицирует объект путем указания на объект в речи, предварительных знаний для этого не требуется. Также демонстратив может указывать на объект, впервые вводимый в поле зрения говорящего. В этом его сходство с неопределенным артиклем и отличие от определенного.

Во французском языке передача различных эмоциональных оттенков в восклицательных предложениях передается местоимением quel, которое соответствует русским эмоционально-экспрессивным местоимениям какой, такой.

Неопределенные местоимения и детерминативы, наряду с неопределенным артиклем, служат для выражения категории неопределенности. Неопределенные местоимения выражают качественную и количественную неопределенность, а также могут идентифицировать или противопоставлять предмет и выражать предположение.

Итак, детерминативы выполняют функцию грамматической детерминации существительного, отведенную в системе языка определенному и неопределенному артиклям. Разница между артиклями и детерминативами состоит в том, что для артиклей грамматическое значение определенности-неопределенности является основным и не осложнено другими значениями. Детерминативы же либо совмещают с грамматическим значением детерминации собственные значения (притяжательности, указательности), либо усиливают значение неопределенности.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Рассмотрев способы выражения определенности-неопределенности на материале двух языков в историческом плане, можно с уверенностью сказать, что категория определенности-неопределенности существует в русском и французском языках и обладает особыми формами и способами выражения уже в древнем периоде рассматриваемых языков. В русском языке данная категория не обладает регулярным грамматическим показателем, а выражается целым комплексом взаимодействующих средств, принадлежащих разным языковым уровням. Таким образом, категория определенности-неопределенности в русском языке является функционально-семантической, имеет отражательный характер, но «отражает не объективные свойства предметов и явлений, а характер этих предметов и явлений с точки зрения адекватности представления их в сознании говорящего и слушающего, что придает ей субъективно-объективную направленность» (Вороновская 1986, 57).

В старославянском языке определенность-неопределенность выражалась лексически - указательными и неопределенными местоимениями, притяжательными прилагательными и местоимениями, грамматически -категорией числа, категорией вида глагола, глагольной основой; морфологически - суффиксами -ьскь, -ич-и, -"ан-е и -ьц-и, членными-нечленными формами прилагательных; синтаксически - позицией подлежащего в предложении.

Лексическими способами (указательные и неопределенные местоимения и наречия, притяжательные местоимения, сочетания с частицами, словосочетания с числительными, дейктичность, анафоричность, фразовые единицы с ядром «определенность» и «неопределенность», фразеологические сочетания);

Морфологическими способами (оппозиция винительного и родительного падежей, артиклевые функции полных и кратких форм прилагательных) и

Синтаксическими способами (актуальное членение предложения, порядок слов, контекст, нарративность, интонация, фразовое ударение, неопределенно-личные и безличные предложения, конструкция «слово на -о + местоименное слово»).

Однако, в отличие от русского языка, во французском языке, начиная со старофранцузского периода, имеется грамматический показатель категории определенности-неопределенности - определенный артикль le, развившийся из указательного местоимения латинского языка ille и неопределенный артикль ип, развившийся из латинского порядкового числительного uitiis.

В современном французском языке к функциям категории определенности-неопределенности относится актуализация и детерминация, которые выражаются следующими способами:

Грамматическим (определенный и неопределенный артикли)

Лексическим (указательными, притяжательными, неопределенными детерминативами и местоимениями, дейктичность, анафоричность)

Синтаксическим (актуальное членение предложения, контекст).

Таким образом, в исследовании выявлено, что функции категории определенности-неопределенности русского и французского языков совпадают. Однако разница выявляется в способах выражения данных функций. Так, способы не совпадают количественно: в русском языке четыре способа выражения категории определенности-неопределенности против трех способов во французском языке, что можно объяснить наличием регулярного грамматического показателя данной категории во французском языке, в отличие от русского.

В исследовании показано, что указательные и неопределенные местоимения русского языка во многих случаях эквивалентны соотносительным артиклям во французском языке.

Русское местоимение этот образовано посредством указательной частицы э от местоимения тот. Аналогичное выражение «того» и «этого» находим во французском, где celui-ci - «этот», a celui-là - «тот».

Проведенный анализ местоимений тот и этот привел к выводу, что, хотя эти местоимения ни в коей мере не обладают статусом артикля, они, тем не менее, передают целый ряд артиклевых значений.

Указательные и неопределенные местоимения русского языка выражают определенность-неопределенность существительного, т.е. служат - как определенный и неопределенный артикли - для введения в текст нового объекта и в дальнейшем для представления его как известного, знакомого: «Недавно я познакомился с одним человеком. Человек этот оказался очень интересным собеседником.»

Dernièrement j"ai fait la connaissance d"un homme. L"homme s"est montré un causeur intéressant.»

В исследовании показано, что неопределенные местоимения русского языка какой-то, какой-нибудь, кое-какой, один и др. передают такие оттенки, которые без дифференциации выражаются французским неопределенным артиклем un, т.е. данные неопределенные местоимения являются лексическим синонимом неопределенного артикля во французском языке.

Мы согласны с Т.М. Николаевой, которая считает, что «неопределенное местоимение русского языка выделяет объект из числа ему подобных, утверждая его особенность» (Николаева 1983, 346), т.е. при помощи неопределенных местоимений происходит индивидуализация предмета. «В этом кардинальное отличие от неопределенного артикля, который, напротив, вводит объект в класс ему подобных» (Николаева 1983, 346).

Можно констатировать следующее: русские неопределенные местоимения, как правило, привносят в значение имени дополнительные коннотации, которые не свойственны неопределенному артиклю в функции введения в контекст нового объекта.

В ходе исследования было выявлено типологическое сходство таких разносистемных языков, как старославянский и латинский, которое состоит в наличии трехчленной системы указательных местоимений в этих языках. Оба древних языка характеризуются наличием трех указательных местоимений, позволявших различать не только приближенный и удаленный объекты, но и объект в отношении к лицу говорящему (ст.сл. сь, лат. ¡tic), объект в отношении к лицу, с которым говорят (ст.сл. пгъ, лат. isté), и объект вне отношений с лицами говорящими (ст.сл. опъ, лат. illé). Однако в процессе формирования современный русский язык и развившийся из латинского французский язык получают двучленную систему указательных местоимений.

Также прослеживается сходство латинского и русского языков, которое выражается в том, что в латинском языке в отличие от порожденного им французского языка, категория детерминации относилась к числу смысловых категорий (Репина 1996, 66), как и в русском языке.

Обязательная для реализации текста смысловая определенность французского языка состоит в том, что она находит регулярное выражение в виде особого инструмента - артикля. Это является своеобразием французского языка и отличием его от русского. «Артикль - это своеобразная «кнопка», за которой скрывается механизм смысловой детерминации. В русском языке этот референциально-смысловой механизм действует без дополнительной сигнализации. Если для правильного с точки зрения грамматической системы языка построения высказывания на русском языке достаточно смысловой детерминации, то для той же процедуры в романском языке ее оказывается недостаточно» (Репина 1996, 65). Во французском языке необходима грамматическая детерминация, которая выражается артиклем. Однако исходным и в том и другом случае является смысл, что и сближает французский и русский языки. Артикль дублирует на грамматическом уровне те обобщенные значения определенности и неопределенности, которые порождаются смыслом высказывания, чего не происходит в русском языке. И в этом - существенное типологическое различие рассматриваемых языков.

Сходство русского и французского языков выражается в том, что указательные местоимения обоих языков этимологически связаны с личными местоимениями третьего лица. Так, в русском языке местоимение третьего лица он произошло от указательного местоимения оный, а во французском языке местоимение третьего лица /7 произошло от латинского указательного местоимения Ше «тот». Это не случайно, т.к. личные, притяжательные и указательные местоимения соотносят обозначаемый предмет с участниками коммуникации: я -мой - этот, ты - твой - тот (Гак 1989, 124).

В ходе исследования было выявлено типологическое сходство демонстративов французского и русского языков. Так, французскому демонстративу и русскому указательному местоимению присущи следующие функции:

1. Идентифицирующая функция, т.е. демонстрант служит средством идентификации существительного;

2. Дифференцирующая функция, обусловленная наличием в системе указательных местоимений двух противопоставленных форм, которые служат для дифференциации элементов контекста / ситуации - «этот / тот» - «се. -ci/се. -là».

Donnez-moi ce cahier-là, pas celui-ci.» Дай мне ту тетрадь, а не эту.

3. Экспрессивная функция, при которой демонстратив и указательное местоимение русского языка имеют модальное значение:

Ce bougre d"Epivant, a-t-il de la chance!» (Maupassant) - «Ну и везет же этому Эпивану!»

Сходством французского и русского демонстративов является следующее:

1. в обоих языках демонстранты могут приобретать значение притяжательности. При этом в русском языке такой демонстратив отличается несколько большей экспрессивностью, чем во французском, и, вследствие этого, употребляется в подобном значении реже, чем его французский аналог.

2. демонстранты французского и русского языков могут передавать модальные значения, т.е. приобретают оценочное значение. Однако различие состоит в том, что в русском языке оценочное указательное местоимение может детерминировать слова, которые в нормальных условиях коммуникации не сочетаются с указательными местоимениями. К таким словам относятся, например, термины родства (ce mari - этот муж).

При общем типологическом сходстве систем демонстративов французского и русского языков, между ними имеются существенные расхождения. Проанализированный материал дает возможность установить: 1. Наличие у французского указательного детерминатива формальной функции актуализатора и показателя грамматических категорий существительного. Этим прежде всего объясняется большая частотность употребления демонстранта во французском языке по сравнению с русским.

2. различия обнаруживаются в выражении степени удаленности от говорящего.

3. различия проявляются в выражении значений тождества и подобия в системе демонстративов обоих языков (Александровская 1984а, 31).

Рассматриваемые языки являются флективными: русский язык -флективно-фузионный, французский - флективно-аналитический. Русский язык, обладая флективностью, использует синтетические формы и способы для выражения категории определенности-неопределенности по сравнению с французским, который использует чисто аналитические способы. Данное положение можно подтвердить наличием в русском языке разных способов выражения категории определенности-неопределенности. К ним относятся: лексические, грамматические, морфологические и синтаксические средства. Функции и средства выражения определенности-неопределенности в современном русском языке представлены в таблице 1. Во французском языке категория определенности-неопределенности выражается грамматически, лексически и синтаксически, как показано в таблице 2.

Таким образом, сопоставление языков флективно-фузионного и флективно-аналитического типа на анализе одной категории (категории определенности-неопределенности) подчеркивает сходства и различия этих языков. Сходством является наличие данной категории в обоих языках, что и подтверждается в исследовании. А различия проявляются в способах выражения этой категории в рассматриваемых языках.

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Маштакова, Марина Вячеславовна, 2005 год

1. Абросимова Т. А. Функциональная симметрия глагольных форм во французском языке // Члены предложения и классы слов в романских и германских языках. - Л., 1983

2. Адамец П. Порядок слов в современном русском языке. Praha, Academia, 1966.-96 с.

3. Акимова О.Б. Выражение неопределенности в русском языке. М., 1986. -29с.

4. Акимова О.Б. Об одном способе выражения значения неопределенности в русском языке. // Грамматическое значение предложения и семантика высказывания. М., 1987. - С. 33-39

5. Акимова О.Б. Лексические средства выражения значения неопределенности в современном русском языке. // Слово в системных отношениях на разных уровнях языка. Свердловск, 1991. - С. 70-76

6. Александровская Е.Б. К вопросу о детерминативах во французском языке. // Вестник московского университета. Сер. 9. Филология. М., 1984, №4. -С. 67-75

7. Александровская Е.Б. Указательные прилагательные во французском языке и их русские эквиваленты. М., 1984а. - 34с.

8. Алехина М.И. Определенность-неопределенность предмета как контекстуальная категория. ж. Русский язык в школе. - М., 1974, №5. -С. 81-85

10. Алисова. Т.Б., Репина Т.А., Таривердиева М.А. Введение в романскую филологию. 2-е изд. - М.: ВШ, 1987. - 344 с.

11. Андреева E.B. О значениях специфической и неспецифической неопределенности в старом и современном французском языке. // Единство и многообразие романского мира. СПб., 1999. - С. 3-4

12. Андреева Е.В. О значениях и функциях артиклей le, la, les в современном французском языке.// Исследования по языкознанию. СПб.: Изд-во С-Петерб. ун-та, 2001. - 264-276

13. Апресян Ю.Д. Лексическая семантика. Избранные труды, т. II. М.: Шк. «Языки рус. культуры», 1995. - 479с.

14. Арутюнова Н.Д. Предложение и его смысл. Логико-семантические проблемы. М.: Наука, 1976. - 383с.

15. Арутюнова Н.Д. Лингвистические проблемы референции // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XIII. М.: Радуга, 1982. - С. 5-41

16. Арутюнова Н.Д., Булыгипа Т.В., Кибрик A.A. и т.д. Человеческий фактор в языке. Коммуникация, модальность, дейксис. М.: Наука, 1992. - 282с.

17. Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М.: Языки русской культуры, 1998.-895с.

18. Балли Ш. Общая лингвистика и вопросы французского языка. М.: Изд-во иностр. лит-ры, 1955.-416с.

19. Баранов АД. Коммуникативная смысловая оппозиция "данное новое" (метаязык и некоторые приложения). Автореф. дис. канд. филол. наук. - М., 1984

20. Белова В.Ф. Выражение определенности/неопределенности в русском и французском языках. // Лексические единицы в синтаксических структурах. Краснодар: Кубанский гос. ун-т, 1990. - С. 51-57

21. Вельский A.B. Интонация как средство детерминирования и предицирования в русском литературном языке // Исследования по синтаксису русского литературного языка. М., 1956. - С. 188-189

22. Бенвенист Э. Общая лингвистика. М.: Прогресс, 1974

25. Бондарко A.B. Основы построения функциональной грамматики (на материале русского языка). М.: Изв. АН СССР. Сер. лит. и яз., 1981, №6

26. Бондарко A.B., Гладрое В., Долинина И.Б. и др. Теория функциональной грамматики: Субъектность. Объектность. Коммуникативная перспектива высказывания. Определенность/Неопределенность. РАН. Ин-т лингв. Исследований. СПб.: Наука, 1992. - 304с.

27. Букацевич H.H., Савицкая С.А., Усачева Л.Я. Историческая грамматика русского языка. Киев, 1974

28. Булыгина Т.В., Шмелев АД. Референциальные, коммуникативные и прагматические аспекты неопределенноличности и обобщенноличности // Теория функциональной грамматики. Персональность. Залоговость. Спб, 1991.

29. Булыгина Т.В., Шмелев АД. Языковая концептуализация мира. На материале русской грамматики. М.: Языки русской культуры, 1997. -574с.

30. Бурас М.М. Конграуз М.А. Концептуализация в языке. Все или ничего // Язык и культура знания. М., 1990

31. Буслаев Ф.И. Историческая грамматика русского языка. М.: Учпедгиз, 1959.-623 с.

32. Bauupux X. Текстовая функция французского артикля. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. VIII, М., 1978. - С. 370-388

33. Вайс Д. Высказывания тождества в русском языке: опыт их отграничения от высказываний других типов // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XV. М.: Прогресс, 1985. - С. 434-464

34. Вильданова Н.Г. Некоторые способы выражения категории определенности-неопределенности. Уфа: Уфимский нефтяной ин-т, 1986. - 11с.

35. Виноградов В.В. Русский язык (Грамматическое учение о слове). М.: ВШ, 1986.- 640с.

36. Вольф Е.М. Местоименные субституты в романских языках и латыни. // Общее и романское языкознание. М.: Изд-во МГУ, 1972. - С.48-59

37. Вольф Е.М. Грамматика и семантика местоимений (На материале иберо-романских языков). М.: Наука, 1974. - 224с.

38. Вороновская И.В. Инвариантное и вариантные значения функционально-семантической категории неопределенности. // Вестник Львовского ун-та. Сер. Филология. Вып. 17-Львов, 1986. С. 57-60

39. Вороновская И.В. Функционально-семантическая категория неопределенности в русском и украинском языках. / Вопросы парадигматики. // Русский язык: взаимодействие с украинским. Киев: УМКВО, 1989.-С. 55-63

40. Габучан Г.М. Теория артикля и проблема арабского синтаксиса. М.: Наука, 1972.-224с.

41. Гак В.Г. Теоретическая грамматика французского языка. Морфология. М.: ВШ, 1979.-304с.

42. Гак В.Г. Русский язык в сопоставлении с французским. М.: Русский Язык, 1988.-204с.

43. Гак В.Г. Сравнительная типология французского и русского языков. М.: Просвещение, 1989.-288с.

44. Галкина-Федорук Е.М. Выражение неопределенности в русском языке неопределенными местоимениями и наречиями. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1963.-45с.

45. Ганеева З.М. Выражение определенности-неопределенности имени существительного в сложном синтаксическом целом. // Сверхфразовые единства в обучении иностранным языкам. Уфа, 1987. - С. 65-70

46. Гийом Г. Проблема артикля и ее разрешение во французском языке, Париж, 1919

47. Гийом Г. Принципы теоретической лингвистики: Сборник неизданных текстов. М.: Прогресс, 1992. - 218с.

48. Гинзбург Л. Русистика сегодня. М., 1988

49. Гладрое В. Семантика и выражение определенности/неопределенности. // Теория функциональной грамматики: Субъектность. Объектность. Коммуникативная перспектива высказывания. Определенность/ неопределенность. СПб., 1992. - С. 232-265

50. Гловинская М.Я. Семантические типы видовых противопоставлений русского глагола. М.: Наука, 1982. - 155с.

51. Головачева A.B. Идентификация и индивидуализация в анафорических структурах. // Категория определенности-неопределенности в славянских и балканских языках. М.: Наука, 1979. - С. 175 -203

52. Гольдин В.Е. Заметки о частице «вот». // Лики языка. М., 1998. - С. 40-47

53. Горбачевич КС. Изменение норм русского литературного языка. Л.: Просвещение, 1971. - 270с.

54. Горшков А.И. Теория и история русского языка. М.: ВШ, 1984. - 319с.

55. Готт B.C., Семенюк З.П., Урсул А.Д. Категории современной науки (Становление и развитие). М.: Мысль, 1984. - 268с.

56. Гринкова Н.П. Постпозитивный член в молотовском говоре Кировской области. // Сб. «Памяти акад. Л.В. Щербы». Л.: Изд-во ЛГУ, 1951

58. Журавлев А.Ф. Семантика и происхождение слова обыденный //Этимология 1981.-М., 1983

59. Зиндер Jl.P.it Строева Т.В. Современный немецкий язык. Теоретический курс. М.: Изд-во лит. на иностр. языке, 1957. - 420с.

60. Золотова Г. А. Коммуникативные аспекты русского синтаксиса. М.: Наука, 1982.

62. Иванов В.В. Историческая грамматика русского языка. М.: Просвещение, 1983.-399с.

63. Илия Л.И. Артикль во французском языке. М.: Учпедгиз, 1956. - 111 с.

64. Казавчинская H.A. Функции кратких и полных форм прилагательных в позиции предиката в современном русском языке. Автореф. дис. . канд. фил. наук. Л., 1990. - 17с.

65. Караджич Вук. Српске народне njecMe. I. HajcTapnje njecMe .уначке. 1887. IY.- 661с.

66. Катагощина H.A., Васильева H.H. Курс истории французского языка. М.: Диана, 1997.-421с.

68. Кацнельсон С.Д. Содержание слова, значение и обозначение. М.- Л.: Наука, 1965.- 110с.

69. Кацнельсон С.Д. Типология языка и речевое мышление. Л.: Наука, 1972

70. Керо Хервилья Э.Ф. Внутренние средства выражения категории детерминации в русском языке. // Вестник ЦМО МГУ. М, 2001г., №2

71. Князев Ю.П. Неопределенность и ее оценочные коннотации // Проблемы лингвистической семантики. Череповец, 1996. - С. 22-27

72. Ковтунова H.H. Современный русский язык. Порядок слов и актуальное членение предложения. М.: Просвещение, 1976. - 239с.

73. Крамский И. К проблеме артикля.// Вопросы языкознания. М., 1963, №4. - С.14-26

74. Красина Е.А. Лингвистика XX века: Система и структура языка. Ч. II. М.: Изд-во РУДН, 2004. - 651с.

75. Краткая русская грамматика / Под ред. Шведовой НЛО., Лопатина В.В.t

76. М.: Русский язык, 1989. 639с.

77. Крушелы шцкая КГ. Очерки по сопоставительной грамматике немецкого и русского языков. М.: Изд-во лит. на иностр.яз., 1961. - 265с.

78. Крушелышцкая КГ. О синтаксической природе актуального членения предложения. // Инвариантные синтаксические значения и структура предложения. М.: Наука, 1969

79. Крылов С.А. Морфологические механизмы выражения категории детерминации в современном русском языке // Разработка и применение лингвистических процессоров. Новосибирск, 1983

80. Крылов С.А. Детерминация имени в русском языке: теоретические проблемы // Семиотика и информатика.- Вып.23.- М., 1984. С. 124-154

81. Крылова O.A., Максимов JJ.IO., Ширяев E.H. Современный русский язык: Теоретический курс. 4.IV. М.: Изд-во РУДН, 1997. - 256 с.

82. Лайонз Дж. Введение в теоретическую лингвистику. М.: Прогресс, 1978. -543с.

83. Лаптева O.A. Расположение компонентов в группе «определяемое -одиночное согласованное определение» в современной устно-разговорной речи. // Русский язык. Грамматические исследования. М., 1967

84. Лскомцева М.И. Семантика личных и указательных местоимений в старославянском языке.// Категория определенности-неопределенности в славянских и балканских языках. М.: Наука, 1979. - С. 204-231

86. Лукин В.А. Концептуальный инвариант системы значений лексемы «один». // Филологический сборник. М., 1995. - С. 300-306

87. Маловицкий Л.Я. Семантика переходности и семантика неопределенности. // Очерки по семантике. Череповец, 1995. - С.3-13

88. Матвеева-Исаева Л.В. Лекции по старославянскому языку. Л.:Учпедгиз, 1958.-223с.

89. Мейе А. Общеславянский язык. М.: Изд. Иностр. литературы, 1951. -492с.

90. Милых М.К. Многозначность и синонимия вопросительных и указательных местоимений.-Филологические науки, №3, М.: ВШ, 1979. - С. 47-54

91. Мороз К. Учет функциональной соотнесенности средств выражения категории определенности/неопределенности обобщенности при обучении русскому языку франкоговорящих: Автореф. Дис. . канд. пед. наук / Ин-т рус.яз. им. А.С. Пушкина. М., 1992. -18с.

92. Низяева Г.Ф. Неопределенно-личные предложения в современном русском языке. Семантико-грамматическая организация. М., 1972

93. Николаева Т.М. Акцентно-просодические средства выражения категории определенности-неопределенности. // Категория определенности-неопределенности в славянских и балканских языках. М.: Наука, 1979. -С. 119-175

94. Николаева Т.М. Словосочетания с лексемой «один». Форма, значения и их контекстная маркированность. // Синтаксис текста. М., 19796. - С. 134161

95. Николаева Т.М. Семантика акцентного выделения. М.: Наука, 1982. -104с.

96. Падучева Е.В., Крылов С.А. Дейксис: Общетеоретические и прагматические аспекты // Языковая деятельность в аспекте лингвистической прагматики. М., 1984.

97. Падучева Е.В. Высказывание и его соотношение с действительностью (Референциальные аспекты семантики местоимений). М.: Наука, 1985. -271с.

98. Папеикова Т.А. Определенность-неопределенность как текстологическая категория. // Языковые единицы и контекст. J1., 1973. - С. 168-175

99. Пешковский A.M. Русский синтаксис в научном освещении. М.: Учпедгиз, 1938.-452с.

100. Пиотровский Р.Г. Формирование артикля в романских языках. М.: Изд. Академии наук СССР, 1960. - 163с.

101. Поспелов Н.С. О синтаксическом выражении категории определенности неопределенности в современном русском языке // Исследования по современному русскому языку. М., 1970. - С. 182-189

102. Потебня A.A. Из записок по русской грамматике. T.III. М.: Просвещение, 1968.- 551с.

103. Прокопович E.H. Изменения словоизменительных значений//Морфология и синтаксис современного русского литературного языка. М., 1968. - С. 154163

104. Прокуровская H.A. Незнаменательная лексика// Разговорная речь в системе функциональных стилей современного русского литературного языка. Лексика. Саратов, 1983

105. Рабчииская H.A. Механизмы номинации в семантическом поле категории неопределенности. // Русский язык. Вып. 10. Минск, 1990. - С. 139-150

106. Рассел. Б. Дескрипции // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XIII. М.: Радуга, 1982.-С. 41-55

107. Рсвзгш И.И. Так называемое «немаркированное множественное число» в современном русском языке// Вопросы языкознания. М., 1969, №3.-С.102-109

108. Ревзин И.И. О роли коммуникативного аспекта в современной лингвистике. // Вопросы философии. М., 1972, №11

109. Ревзин И.И. Некоторые средства выражения противопоставления по определенности в современном русском языке. // Проблемы грамматического моделирования. М.: Наука, 1973. - С. 121-137

110. Ревзин И.И. Структура языка как моделирующей системы. М.: Наука, 1978 .-287с.

111. Ревзина О.Г., Ревзин И.И. Об одном случае связи согласования с определенностью в славянских языках. // Советское славяноведение. М., 1974, №3

112. Ревзина О.Г. Функциональный подход к анализу категории определенности-неопределенности // Категория определенности-неопределенности в славянских и балканских языках. М.: Наука, 1979. -С.64-90

113. Репина Т.А. Сравнительная типология романских языков. Спб.: Изд-во С-Петерб. ун-та, 1996. - 280с.

114. Респган П. Позиция личной формы глагола в некоторых элементарных повествовательных предложениях в современном русском языке // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XV.- М.: Прогресс, 1985. С. 475-487

115. Реферовская Е.А. Формирование романских литературных языков. Французский язык. Л.: Наука, 1980. - 200с.

116. Реформатский A.A. Очерки по фонологии, морфонологии и морфологии. -М.: Наука, 1979.- 103с.

117. Рогова М.В. Значение определенности/неопределенности: некоторые средства выражения в русском языке. // Русский язык за рубежом. М., 1995., №1.-С. 47-52

118. Рогова M.B. Имя в поэтическом тексте: значение определенности/неопределенности. // Филологический сборник. М., 1995а.-С. 345-354

119. Русская разговорная речь. / Под ред. Е.А. Земской. М.: Наука, 1973

120. Рылов Ю.А. Определенные и неопределенные существительные в структуре актуального членения испанского и русского предложения. -Воронеж: Воронежский гос. ун-т, 1990. 81с.

121. Седельников Е.А. Определенность и неопределенность субъекта в простых предложениях древнерусского языка старшей поры. // Исследования по истории и диалектологии русского языка. Алма-Ата, 1990. - С. 11-20

122. Селиверстова О.Н. Опыт семантического анализа слов типа «все» и типа «кто-нибудь». // Вопросы языкознания. М., 1964. №4

123. СелищевА.М. Старославянский язык. М.: Учпедгиз, 1951.-336с.

124. Серебренников Б.А. Общие вопросы теории артикля и проблема семантики употребления артикля в древнегреческом языке. Канд. дисс. М., 1949

125. Серебренников Б.А., Кубрякова Е.С., Постовалова В.И. и др. Роль человеческого фактора в языке. Язык и мышление. М.: Наука, 1988. -215с.

126. Сиротинина О.Б. Порядок слов в русском языке. Саратов: Изд-во Саратовского ун-та, 1965.- 172с.

127. Скрелина JJ.M. Хрестоматия по истории французского языка. М.: ВШ, 1981.-277с.

128. Скрелина JJ.M. Роль категории лица в актуализации частей речи и членов предложения. // Члены предложения и классы слов в романских и германских языках. JL, 1983

129. Скрелина Л.М., Становая Л.А. История французского языка. М.: ВШ, 2001.-463с.

131. Смирнов Ю.Б. Семантика и функционирование местоименных слов со значением неопределенности в современном русском языке. Лвтореф. дис. . канд. фил. наук. Л., 1985. -19с.

132. Смирнов Ю.Б. Об оппозитивных отношениях в группе местоименных слов со значением неопределенности и о правилах их употребления. // Функционирование языковых единиц в синхронии и диахронии. Л., 1987. - С.123-129

133. Смирнов Ю.Б. О правилах употребления местоименных слов со значением неопределенности. // Русский язык в школе. М., 1994, №1. - С. 87-89

134. Смолянская Т.И. Детерминатив как часть речи во французском языке. // Вопросы теории частей речи. Л., 1968. - С. 191-197

135. Степанов Ю.С. Индоевропейское предложение. М.: Наука, 1989. - 248с.

136. Стеценко А.Н. Исторический синтаксис русского языка. М.: ВШ, 1977. -352с.

137. Строссон П.Ф. (Б^ахУБОп Р.Б) О референции // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. XIII. М.: Радуга, 1982. - С. 55-87

138. Сумарокова Л. А. Компонентный анализ указательных местоимений и указательных детерминативов. // Вопросы романо-германской филологии. Вып. 7. Киев, 1974. - С. 337-344.

139. Томсон А.П. Винительный падеж прямого дополнения в отрицательных предложениях. Варшава, 1902

140. Топоров В.Н. Числа//Мифы народов мира. Энциклопедия: в 2-х т. Т.2 . М., 1987

141. Федорова М.В. Лексико-грамматические очерки по истории русских местоимений. Воронеж, 1965. - С. 151-177

142. Федосюк М.Ю. Лексическая семантика и категория определенности/неопределенности в русском языке. // Лексическая и словообразовательная семантика в русском языке. Ставрополь, 1986. -С.58-70

143. Хабургаев Г.А. Старославянский язык. М: Просвещение, 1974. - 432с.

144. Хабургаев Г.А. Становление русского языка. М.: ВШ, 1980. - 191с.

145. Хабургаев Г.А. Очерки исторической морфологии русского языка. Имена. -М.: Изд. Моск. ун-та, 1990. -296с.

146. Цивьян Т.В. Наблюдения над категорией определенности-неопределенности в поэтическом тексте. // Категория определенности-неопределенности в славянских и балканских языках. М.: Наука, 1979. -С.348-363

147. Чейф У. Данное, контрастивность, определенность, подлежащее, топики и точка зрения. // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. II. М., 1982. - С. 277-316

148. Черных П.Я. Историческая грамматика русского языка. М.: Учпедгиз, 1952.-312с.

149. Чирко Т.М. Значения определенности/неопределенности и функции определений. // Коммуникативный аспект взаимодействия формы и содержания языковых единиц. Воронеж, 1991. - С. 98-107

150. Шатуновский И.Б. Семантика вида: к проблеме инварианта // Русистика сегодня. М., 1993. - С. 69-70

151. Шахматов A.A. Синтаксис русского языка. JI.: Учпедгиз, 1941. - 620с.

152. Шахматов A.A. Историческая морфология русского языка. М.: Учпедгиз, 1957.-400с.

153. Широкова A.B. Морфологическая типология слова в разноструктурных языках. М.: Изд-во Рос. ун-та дружбы народов, 1992. - 128с.

154. Шмелев А.Д. Пробный камень теории референции // Вопросы кибернетики. Семиотические исследования. М., 1989

155. Шмелев АД. Референциальные механизмы русского языка. Хельсинки, 1996

157. Якубинский Л.П. История древнерусского языка, М.: Учпедгиз, 1953. -368с.

158. Admoni W.G. Der deutsche Sprachbau. JI.: Просвещение, 1972. - 312с.

159. Brugmann К. Die Demonstrativpronoma in den indogermanischen Sprachen. -Leipzig, 1904

160. Buhler K. Sprachtheorie. Jena: Fischer, 1934.-434 s.

161. Christophersen P. The articles: A study of their use and theory and use in English. Copenhagen: Munksgaard. London: Oxford University Press, 1939

162. Collinson W.E. Indication. A study of démonstratifs, articles and other indicators//Language Monographs. Baltimore, 1937, №17

163. Corblin F. Indéfini, défini et démonstratif. Génève: DROZ, 1987. - 263p.

164. Coseriu E. Sprache-Structuren und Funktionen. Tubingen, 1979. - 196s.

165. Darniesteter A. De la création actuelle des mots nouveaux dans la langue française et des lois qui la régissent. P., 1877

166. Gougenheim G. Système grammatical de la langue française. P.: Français modem, 1939.-373p.

167. Gougenheim Getc. L"élaboration du français Fondamental. P., 1964

168. Gougenheim G. Les pronoms démonstratifs "celui, et "ce, au point de vue syntaxique et fonctionnel. // BSLP, v. 60, 1965, f. 1. p. 88-96

169. Grevisse M. Le bon usage. P., 1969

170. Guiraud P. Le moyen français. P.: Press univ. de France, 1966. - 127p.

171. Hawkins J.A. Definiteness and Indefiniteness. A study in Reference and grammatically Predication. London, 1978. - 316p.

172. Kramsky I. The article and the concept of definiteness in language. The Hague-Paris, 1972

173. Lyons J. Semantics. Cambridge: Cambridge University Press, 1977. Vol. 1-2.

174. Mitterand H. Observations sur les prédéterminants du nom. // Etudes de linguistique appliquée. P., 1963

175. Moignet G. Etudes de psycho-systématique française. P., 1974. - 25p.

176. Moignet G. Grammaire de l"ancien français. P., 1976. - 445p.

177. Russel B. Egocentric paticulars. An inquary into meaning and truth. L., 1963

178. Ruzicka R. Betrachtung zur Lehnsyntax im Altslavischen. Studia palaeoslovenica. - Praha, 1971

179. Whorf B.L. Grammatical categories.-Languages, thought and realty. -Cambridge, 19641. Словари и справочники

180. Даль В.И. Толковый словарь живого великорусского языка: в 4-х т. Т2. -М.: Русский язык, 1980. 779с.

181. Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В.Н. Ярцева М.: Советская энциклопедия, 1990. - 685с.

182. Максимов В.И. Одеков Р.В. Учебный словарь справочник русских грамматических терминов. - Спб: АОЗТ "Златоуст", 1998

183. Современный русский язык./ Под ред. Галкиной-Федорук Е.М. М.: Изд-во Моск. ун-та, 1964. - 638с.

184. Современный русский литературный язык /Под ред. Шанского Н.М. Л.: Просвещение, 1988.-671с.

185. Частотный словарь современного русского языка. Под ред. Леннарта Леннгрена. Упсала, 1993. - 190с.

186. Источники языкового материала

187. Булгаков М.А. Собачье сердце: Повесть. М.: Современник, 1988

188. Бунин И.А. Темные аллеи. М.: Эксмо, 2002

189. Воробьев К. Вот пришел великан. M.: ЛСТ, 2002

190. Довлатов С. Собрание сочинений в 3-х томах. Спб.: Лимбус-Пресс, 1995

191. Грибоедов А.С. Горе от ума. M.: АСТ, 2003

192. Зощенко М.М. Суета сует. Сборник рассказов. - М.: Русская книга, 1993

193. Крутилин С. Липяги. М.: Современник, 1972

194. Крылов И.А. Ворона и лисица. Басни. М.: Белый город, 2002

195. Куприн А.И. Повести и рассказы. М.: Художественная литература, 1992 Ю.Пастернак Б.Л. Доктор Живаго. -М.: Эксмо, 2002

196. Паустовский К.Г. Собрание сочинений в 9-ти томах. М.:

197. Художественная литература, 1984 М.Полевой Б. Повесть о настоящем человеке. М.: Детская литература, 2003

198. Соколов-Микитов И.С. Звуки земли. М.: Малыш, 1978

199. Толстой Л.Н. Война и мир. М.: Государственное издательство художественной литературы, 1962

200. Трифонов Ю. Утоление жажды: роман и рассказы. М.: Профиздат, 1979

201. Чехов А.П. Рассказы. М.: АСТ, 2003

202. Шолохов М. А. Тихий дон: Роман. М.: Слово, 2001

203. Balzac H. Nouvelle. M.: Edition en Langues Etrangères, 1963

204. Bazin. Vipère au poing. La mort du petit cheval. Cri de la chouette. M.: Progrès, 1979

205. Flaubert G. Bouvard et Pécuchet. P.: Booking International, 1994 2\.Maupassant G. de. Contes et nouvelles choisis/Соетавитель и авторпредисловия E.M. Евнина. M.: Прогресс, 1976

Обратите внимание, представленные выше научные тексты размещены для ознакомления и получены посредством распознавания оригинальных текстов диссертаций (OCR). В связи с чем, в них могут содержаться ошибки, связанные с несовершенством алгоритмов распознавания. В PDF файлах диссертаций и авторефератов, которые мы доставляем, подобных ошибок нет.

ВЕСТНИК ЮГОРСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО УНИВЕРСИТЕТА

2006 г. Выпуск 5. С.125-127

О СПОСОБАХ ВЫРАЖЕНИЯ КАТЕГОРИИ ОПРЕДЕЛЕННОСТИ/НЕОПРЕДЕЛЕННОСТИ В СОВРЕМЕННОМ РУССКОМ ЯЗЫКЕ

И.В. Углева

Долгое время считалось, что русскому языку не свойственна категория определенности/неопределенности, поскольку в нем отсутствует формальный грамматический показатель этой категории - артикль. Лингвистические исследования по раскрытию содержания определенности/неопределенности проводились в основном в связи с изучением артиклей.

В последнее время категория определенности/неопределенности является объектом специального исследования и в безартиклевых языках. Существует ряд работ, посвященных способам выражения определенности/неопределенности и в русском языке. Исследования Е.М. Гал-киной-Федорук, Н.С. Поспелова, Д.И. Фурсенко, Т.А. Папенковой, А.В. Бондарко, Ю.А. Ры-лова, О.Б. Акимовой, Е.М. Николаевой, З.М. Ганеевой, М.В. Роговой убедительно говорят о наличии категории определенности/неопределенности в русском языке, в котором сложилась целая система языковых и неязыковых (мимика, жест) средств для ее выражения.

Суть оппозиции «определенность/неопределенность», по мнению У. Чейфа, состоит в том, что, выражая значение определенности, отправитель сообщения предполагает, что адресат речи способен идентифицировать референт данного языкового выражения с некоторым референтом, который благодаря предшествующему тексту, ситуации общения или общему фонду знаний уже имеется в его сознании. Значение неопределенности, напротив, показывает, что отправитель не рассчитывает на подобную идентификацию и информирует адресата лишь о том, к какому классу относится обозначаемый объект .

Лингвистический энциклопедический словарь так определяет функции категории определенности/неопределенности: актуализация и детерминация имени, демонстрация его единственности в описываемой ситуации (определенность) либо выражение его отношения к классу подобных ему феноменов (неопределенность) .

К средствам выражения актуализации относятся: актуальное членение предложения, порядок слов, контекст, нарративность, интонация, фразовое ударение и другие актуализаторы.

К примеру, определенность/неопределенность предмета создается в предложении использованием определенного порядка слов. Имя существительное со значением определенности (известности) занимает абсолютную препозицию в предложении, а имя со значением неопределенности (неизвестности) - абсолютную постпозитивную позицию.

Человек к вам пришел (значение определенности)

К вам пришел человек (значение неопределенности)

Неопределенное имя может находиться в препозиции первого (вводного) предложения только в том случае, если оно выражает значение неопределенности с помощью неопределенных местоимений.

Какой-то человек к вам пришел.

У одного старика было три сына.

Д. И. Фурсенко отводит порядку слов ведущую роль в выражении значений определенности/неопределенности. Он считает, что порядок слов в русском языке выполняет функцию, адекватную функции артиклей . Действительно, порядок слов является выразителем определенности/неопределенности в следующих примерах:

1) На лекции присутствовало двадцать человек. - 2) На лекции присутствовало человек двадцать.

3) Наводнением было разрушено девять домов. - 4) Наводнением было разрушено домов девять.

В примерах 1, 3 мы видим конкретное определенное количество, в примерах 2, 4 - неопределенное.

Основными средствами выражения актуального членения предложения также являются порядок слов и интонация.

Н.С. Поспелов рассматривает четыре варианта предложения «Поезд пришел»: 1. Поезд пришел. 2. Пришел поезд. 3. Поезд пришел. 4. Пришел поезд. При отсутствии ударения на существительном (1, 2) предмет определен. При наличии ударения на существительном (3, 4) предмет неопределен. При этом определенность и неопределенность значения ударяемого существительного подчеркивается при инверсии существительного .

При подобной схеме выясняется, что такие элементы, как порядок слов и, соответственно, распределение информации между данным и новым (тема и рема), а также учет оттенков, выражаемых с помощью интонации, являются факторами, которые необходимо иметь в виду при определении характера референта с точки зрения его определенности/неопределенности. С.А. Крылов в своем анализе морфосинтаксических средств русского языка и их влияния на категорию определенности-неопределенности доказывает, что приоритетное значение имеет интонация. Крылов отмечает интересный факт: «Хорошо известно, что морфосинтаксические средства неодинаковы по своей различительной силе: например, интонация сильнее порядка слов, а порядок слов сильнее, чем морфологическое подчинение». Правда, как указывает С. А. Крылов, данная схема может нарушаться: «отклонения от этой «идеальной» схемы возможны в обе стороны: (1) неопределенность при безударности; (2) определенность при ударности» .

Средством выражения определенности/неопределенности является редупликация (повтор). Например:

1) У ребят в корзине лежало 27 окуней. - 2) У ребят в корзине лежало 25-30 окуней.

3) На лугу паслось 5 коров. - 4) На лугу паслось 5-6 коров

Примеры 1, 3 говорят об определенном количестве; 2, 4 - о неопределенном.

В рамках текста категория определенности/неопределенности связана с нарративностью (повествовательностью). Неопределенные имена начинают текст, способствуют движению сюжета; определенные имена способствуют стабильности повествования.

Другим важным средством выражения категории определенности/неопределенности является контекст. Контекст - это фрагмент текста, включающий избранную для анализа единицу, необходимый и достаточный для определения значения этой единицы, являющегося непротиворечивым по отношению к общему смыслу данного текста . Даже в артикле-вых языках «решающим для выявления того или иного семантического оттенка существительного оказывается не артикль, а контекст, общий смысл речи и всей ситуации, в которой протекает речь. Сам артикль получает свою семантическую определенность из этого контекста, из общего смысла предложения» .

Функция детерминации в современном русском языке выражается лексическими, грамматическими, морфологическими и синтаксическими актуализаторами.

К лексическим актуализаторам относятся указательные и неопределенные местоимения, наречия, притяжательные местоимения, сочетания с частицами, словосочетания с числительными, дейктичность, анафоричность, фразовые единицы с ядром «определенность» и «неопределенность», фразеологические сочетания.

Указательные и неопределенные местоимения являются самыми яркими выразителями определенности-неопределенности. «Указательное местоимение современного типа есть величайшая абстракция, но абстракция не пустая, а ценнейшая, подлинная; как всякое подлинное обобщение, современное местоимение заключает в себе все бесконечное разнообразие отдельного и единичного» . Например:

Петя хочет жениться на какой-то студентке (неопределенное имя)

Вот та книга (определенное имя)

К грамматическим актуализаторам относятся: категория вида глагола, категория числа, модальность.

Определенность/неопределенность в русском языке частично связана с категорией числа: использование форм множественного числа в качестве выразителей неопределенности. Т.е. значение неопределенности появляется в тех случаях, когда существительное, обозначая единичный предмет, передается множественным числом имени. Например:

Осторожно! Здесь гвозди! (человек наткнулся в темноте на гвоздь)

У меня здесь есть друзья (хотя бы один)

У меня здесь нет друзей (ни одного)

В рамках высказывания определенность/неопределенность связана с категорией модальности. Например:

Дует. Кто-нибудь (вероятно) открыл форточку

К морфологическим актуализаторам относятся: оппозиция винительного и родительного падежей, полные и краткие формы прилагательных, выполняющие функцию артикля в романогерманских языках.

Что касается формы родительного и винительного падежей при выражении определенности/неопределенности, считается, что при первом упоминании существительное в позиции прямого дополнения стоит в родительном падеже и передает тем самым неопределенное значение. Когда в тексте тот же самый объект упоминается повторно, существительное выступает уже в винительном падеже. Например:

Он написал отцу, что матери плохо живется, она болеет, и чтобы отец прислал ей денег на дорогу. Деньги она отдаст, вернувшись домой.

К синтаксическим способам передачи неопределенности в русском языке относятся неопределенно-личные и безличные предложения, конструкции «слово на -о + местоименное слово».

Так, для выражения значения неопределенности используются конструкции типа неизвестно куда. Круг подобных слов ограничен: неведомо, невесть, непонятно, неясно, непостижимо, необъяснимо. Местоимения и наречия, примыкающие к ним - кто, что, какой, чей в разных падежных формах; когда, как, зачем, куда, откуда, почему, сколько, где. Например:

Неизвестно куда, непонятно зачем, неведомо откуда, необъяснимо почему.

Таким образом, в современном русском языке определенность/неопределенность выражается целым комплексом взаимодействующих средств, принадлежащих разным языковым уровням. Категория определенности/неопределенности не имеет регулярного грамматического выражения, поэтому рассмотренные средства не являются универсальными.

ЛИТЕРАТУРА

1. Чейф У. Данное, контрастивность, определенность, подлежащее, топики и точка зрения.// Новое в зарубежной лингвистике. - М., - 1982. - Вып. II. - 276 с.

2. Лингвистический энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1990.

3. Фурсенко Д. И. Порядок слов как одно из средств выражения неопределенности / определенности имен существительных // Русский язык за рубежом. - 1970. - № 4. - С.68-72.

4. Поспелов Н. С. О синтаксическом выражении категории определенности / неопределенности в современном русском языке. // Исследования по современному русскому языку. -М., 1970. - С.182-189.

5. Крылов С.А. Морфологические механизмы выражения категории детерминации в современном русском языке // Разработка и применение лингвистических процессоров. - Новосибирск, 1983.

6. Адмони В.Г. Введение в синтаксис современного немецкого языка. - М., изд-во литературы на иностранных языках, 1955. - С. 270, 271.

7. Якубинский Л.П. История древнерусского языка. - М.: Учпедгиз, 1953. -190 с.

Категория определённости-неопределённости изучается в лингвистике с середины 19 века. Однако и до сих пор в науке не существует однозначного ответа на вопрос о том, что такое «определённость» и что такое «неопределённость». Категория определённости-неопределённости является не только лингвистической, но и общенаучной, чрезвычайно важной для теории познания. Ещё древние философы использовали в своих трудах понятия определённости и неопределённости. Окружающий мир для них представлял собой систему определённых предметов и явлений, находящихся во взаимной связи и обусловленности. Однако древнегреческие философы не удовлетворялись только констатацией единичностей и их описанием, а стремились объяснить возникновение и существование единичных предметов и явлений, их общих начал и сущности, стремились понять окружающую природу на основе чего-то единого. Определённость и неопределённость не употреблялись ещё в качестве ясно вычлененных научных понятий. Часто смысл этих понятий несли категории бытия и небытия, конечности и бесконечности, возможности и действительности и др.

Представления об определённости-неопределённости занимают особое место в философии Платона. Они служат ему средством выражения соответственно идеального и чувственно материального миров. Идеальный мир, мир сущностей - это мир определённости, а материальный мир - это мир неопределённости. Определённость характеризует устойчивость, совершенство, соразмерность, упорядоченность идеального мира, тогда как неопределённость олицетворяет изменчивость, хаотичность материального мира.

В философии Аристотеля определённость и неопределённость имеют более широкий смысл, чем у Платона. Определённость -- это суть всякого бытия. Неопределённость понимается им как объективная лишённость определённого бытия, определённого качества, количества, места, времени и т.д. Понятия определённости и неопределённости используются Аристотелем для характеристики объективной необходимости и случайности.

В последующие столетия учёные пришли к выводу о том, что каждая частная наука использует категорию определённости-неопределённости, но несколько по-своему интерпретирует её. Однако все интерпретации базируются на философской основе и связаны прежде всего с категориями частного и общего, конкретного и абстрактного. Эти категории активно обсуждались в 17-18 веках в трудах западноевропейских философов. Высказывалось мнение о том, что они представляют собой объективное диалектическое единство.

Так, Гегель, подчёркивая диалектическое единство понятий определённости и неопределённости и указывая на их тесную связь с категориями конкретности и абстрактности, считал, что процесс познания идёт от конкретного к абстрактному и далее -- от абстрактного к конкретному [Гегель, 1934, т.5: 66]. Эта идея Гегеля позже получила развитие в трудах К. Маркса, который писал, что конкретное является и исходным и конечным пунктом процесса познания. [Маркс, Энгельс, 1958, т. 12:727].

В лингвистике это может означать следующее. Обычно понятие о предмете речи проходит в речевом акте последовательные стадии развития, отражая восхождение мысли от абстрактного к конкретному. Процесс конкретизации понятия имеет три стадии. Сначала из системы языка берётся общее понятие; применительно к какому-либо конкретному предмету оно становится частным. В результате комбинирования абстракций частное понятие становится конкретным, единичным. Такое развитие понятия находит отражение в значении категории определённости-неопределённости. Слово, обладающее генерализирующей (общей) определённостью в системе языка, переходя в речь, приобретает значение индивидуализирующей (частной) неопределённости. По мере уточнения и ограничения данного понятия с развитием речевого акта слово приобретает индивидуализирующую определённость [Уляшева, 2002: 17]. Таким образом, понятие в своём восхождении от общего к частному находит выражение в тех или иных формах категории определённости/неопределённости.

В 20 веке для определения основного содержания определённости-неопределённости учёные-философы занялись обстоятельным изучением проблемы связи между определённостью/неопределённостью и некоторыми диалектико-логическими категориями. Так, В. С. Готт и А. Д. Урсул, основываясь, прежде всего на трудах Аристотеля и Гегеля, подробно описали взаимосвязь неопределённости с категориями случайности и возможности, а определённости -- с категориями необходимости и действительности. Однако философы особо подчеркнули тот факт, что с определённостью необходимость связана тогда, когда она воспринимается как неизбежность, если же необходимость воспринимается как возможность и случайность, то её следует считать проявлением неопределённости [Готт, Урсул, 1971: 45,56].

Определённость учёные охарактеризовали как такую форму объективного существования явлений, которая обладает следующими признаками:

«1) наличие резко выраженных граней между состояниями явлений природы, 2) относительная независимость свойств, состояний явлений друг от друга, 3) выражение необходимости через однозначность переходов возможности в действительность».

Учёный-логик Н.И.Кондаков, обобщив философские исследования В. С. Готта и А. Д. Урсула, назвал определённость и неопределённость понятиями, характеризующими «такую ситуацию, когда происходит процесс отбора, выбора элемента или подмножества из какого-либо множества» [Кондаков, 1975:380].

В лингвистике есть и другие толкования содержания категории определённости-неопределённости:

«Под определённостью/неопределённостью понимаются такие разнородные явления, как:

1) противопоставление известного неизвестному;
2) противопоставление фиксированного (конкретного, индивидуализированного, референтного) и нефиксированного (неконкретного, неиндивидуализированного, нереферентного);
3) противопоставление класса или абстрактного представителя класса члену класса;
4) противопоставление ранее упоминаемого в тексте и впервые вводимого в текст;
5) противопоставление уверенности и неуверенности говорящего (так называемая субъективная модальность неопределённости);
6) противопоставление точности и неточности информации» [Кузьмина, 198: 158],

Все эти значения определённости-неопределённости имеют частный характер и производны от общей лингвофилософской концепции определённости-неопределённости.

Рекомендованный список диссертаций

Семантические соотношения в группе неопределенных детерминативов 2003 год, кандидат филологических наук Широких, Елена Александровна

Введение диссертации (часть автореферата) на тему «Определенность-неопределенность в русском и французском языках: значения, функции и способы выражения»

Похожие диссертационные работы по специальности «Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание», 10.02.20 шифр ВАК

Категория определенности-неопределенности в лакском языке 2007 год, кандидат филологических наук Магомедова, Мадина Ахмедовна

Артикль и предлог как актуализаторы имени: на материале греческого и русского языков 2007 год, кандидат филологических наук Фоменко, Лариса Николаевна

Заключение диссертации по теме «Сравнительно-историческое, типологическое и сопоставительное языкознание», Маштакова, Марина Вячеславовна

Список литературы диссертационного исследования кандидат филологических наук Маштакова, Марина Вячеславовна, 2005 год